Медведев предложил не преследовать за неэффективную трату

[Bars]

Дмитрий Медведев предложил отказаться от уголовного преследования за неэффективную трату государственных денег на инновации. «Система должна научиться прощать поражения», – говорит президент. Сейчас «Роснано» и РВК, отвечающие за рисковые госинвестиции, ежегодно привлекают внимание Генпрокуратуры.


Если компания-инноватор потратила деньги из бюджета, но не достигла результата, применять к ней уголовную статью недопустимо, заявил во вторник президент Дмитрий Медведев.


«Система должна научиться прощать поражения. Когда речь идет о таких исследованиях, у нас существует определенная парадигма восприятия – она такая административно-прокурорская», – сказал во вторник Медведев на заседании комиссии по модернизации и технологическому развитию в Сколково.


По его словам, «любого рода отрицательный результат, недостижение каких-то показателей, воспринимается как поражение не только индивидуальное, но и зачастую как нарушение государственной дисциплины, влекущее разного рода ответственность, включая уголовную». «Это недопустимо», – резюмировал президент, потребовав от судов «научиться реагировать на такого рода вещи гораздо более гибко». Ранее о возможных потерях государства в процессе финансирования сколковских инновационных проектов предупреждал заместитель руководителя администрации президента Владислав Сурков.

Вопрос об обоснованности требований по эффективности высокорисковых инвестиций поднимался не только в контексте развития сколковского инновационного проекта, но и по итогам проверки деятельности госкорпорации «Роснано», которую провела Генпрокуратура.

Глава «Роснано» Анатолий Чубайс публично высказал претензии к Генеральной прокуратуре. В октябре 2010 года прокуроры потребовали от госкорпорации отчитаться о венчурных проектах, «не принесших ожидаемого результата». «У госкорпорации попросили представить полный перечень проектов, завершившихся неудачно, и перечень лиц, принимавших решение об этих проектах. То есть система реагирует в своем ключе», – огорчился глава «Роснано».

Ранее Генпрокуратура уже высказывала претензии к «Роснано». В ноябре 2009 года по итогам проверки госкорпорации выяснилось, что из выделенных ей государством 130 млрд рублей было освоено лишь 10 млрд рублей, причем половина средств ушла на обеспечение текущей деятельности госкорпорации.

Вопросы у контрольных органов были и к Российской венчурной компании.

В «Роснано» во вторник не прокомментировали инициативу президента.

Большая часть высокорисковых проектов оказывается провальной, говорят эксперты венчурного рынка. «Важно, чтобы неуспешный проект был быстро закрыт. Когда речь идет о государственных деньгах, закрытие вызывает интерес прокуратуры. В итоге получается, что проекты, которые развиваются плохо, предпочитают не закрывать, а рефинансировать», – говорит экономист Константин Сонин.


По его мнению, венчурному бизнесу требуются юридические гарантии закрытия провальных проектов «без вмешательства прокуратуры».




Для развития венчурного инвестирования необходим закон «Об инвестиционном товариществе», – убежден один из авторов законопроекта, член комитета Госдумы по информатизации Илья Пономарев. «Ответственность партнеров по венчурному бизнесу должна ограничиваться только капиталом этого товарищества. Партнеры не должны нести ответственность собственным имуществом», – пояснил он. По словам депутата, законопроект проходит согласование в профильных ведомствах.

Только с помощью такого закона привлечь инвесторов не получится, скептична Альбина Никконен, исполнительный директор Российской ассоциации венчурного инвестирования, – придется вносить поправки в Бюджетный кодекс.

«Если государство выступает инвестором в высоко рисковых венчурных проектах, то нельзя контролировать эти деньги так же, как контролируются бюджетные инвестиции. В идеале венчурные проекты дают отдачу в среднем через 5–7 лет», – говорит Никконен, добавляя, что прокурорские проверки стоило бы проводить не в конце каждого календарного года, а по окончании инвестиционного цикла.

Венчурные инвестиции со стороны государства действительно надо отвязать от бюджетного процесса, но сделать это сейчас нереально, сетует Пономарев. «В Бюджетном кодексе даже нет такого понятия, как проектное финансирование. Получив деньги от государства, ты обязан предъявить результат в течение календарного года или на следующий год. В венчурном бизнесе из 10 проектов в среднем окупается один. Но менять кодекс Минфин сейчас не даст», – говорит Пономарев.

Риск реформы Бюджетного кодекса в пользу венчурных капиталистов – это слабый контроль за госинвестициями, признает Пономарев: «Деньги действительно разворуют».

«Но важно также понимать, что венчурная фаза – это относительно поздняя стадия развития, когда у компании уже есть готовый продукт, продажи и т.п. – то есть, первые успехи, - говорит президент Майкрософт Россия Николай Прянишников. - Чтобы до венчура дожили десять проектов, на предыдущем (посевном) этапе должна родиться и быть профинансирована примерно тысяча посевных проектов. Чтобы на посевной фазе была тысяча проектов, около ста тысяч идей должны быть инкубированы до состояния, когда они представляют интерес для инвестиций. Эта «воронка инвестиций» иллюстрирует насколько мощный отсев проходят проекты, сталкиваясь с реальной жизнью». По мнению Прянишникова, необходимо предусматривать этот факт в законодательстве, регулирующем деятельность посевных и венчурных инвестиций.

Государству вообще не стоит инвестировать бюджетные средства в высокорискованный бизнес, полагает Андрей Сорочан, директор отдела корпоративных финансов и реструктуризации компании «Грант Торнтон». «Этим должен заниматься частный бизнес, который будет искать перспективные разработки, отбирать проекты и привлекать венчурный капитал для их финансирования и коммерциализации. В этом случае он будет отвечать перед инвесторами, а государству не придется искать форму для того, чтобы оправдать напрасно потраченные бюджетные средства», – полагает эксперт.

[Bars]

Есть старый анекдот.
Возвращается Василий Иванович из Англии, богатый, разодетый...
Петька спрашивает:
- Как ты так разбогател?
- В карты выиграл.
- Так повезло?
- Нет, стали мы играть, в конце игры один из них и говорит: "Двадцать одно". Я ему: "Покажи", а он: "У нас джентльменам на слово верят". Ну, тут мне карта и пошла...

[НТВ]

В.Дудка отчитался пере Президентом....
Тут В.Дудка заводик один назвал «Богородицкий завод спецтехники».
С коих пор он так называется?

Д.МЕДВЕДЕВ: Вячеслав Дмитриевич, хочу обсудить с Вами несколько вопросов.
Во-первых, в конце года неплохо было бы проинформировать о том, как обстоят дела, есть ли какие-то позитивные изменения в развитии области, в росте валового продукта, социально-экономическом развитии.
Хотел узнать, как у вас сейчас текущее состояние дел с коммуналкой, потому что самая напряжённая ситуация, много снега падает, коммуналка везде у нас старая, есть разные трудности. Расскажите, как у вас с этим обстоят дела. Потом ещё кое-что обсудим. Пожалуйста.
В.ДУДКА: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!
У нас в целом год заканчивается достаточно успешно и уверенно. Индекс промышленного производства на конец года составляет 113,8 процента, по селу – 101 процент. Валовой региональный продукт планируем на этот год порядка 238 миллиардов рублей.
В целом за пять лет у нас в процентном соотношении 139,5 процента валового регионального продукта.
Есть достаточно серьёзные улучшения в инвестиционной политике. У нас по сравнению с прошлым годом объём инвестиций увеличился в 1,7 раза. В этом году мы открыли 10 новых предприятий, причём эти предприятия достаточно серьёзного уровня, такие как предприятие по производству гигиенических товаров, фирма «Эс-Си-Эй», известная во всём мире, компания «Проктер энд Гэмбл», американская компания по производству продуктов питания «Каргилл».
Д.МЕДВЕДЕВ: Это всё новые производства?
В.ДУДКА: Да, это всё совершенно новые производства.
Д.МЕДВЕДЕВ: Сколько рабочих мест удалось создать?
В.ДУДКА: 2700 человек.
Д.МЕДВЕДЕВ: А безработица сколько процентов?
В.ДУДКА: 1,56 !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Вот как они считают???
Д.МЕДВЕДЕВ: Это практически докризисный уровень.
В.ДУДКА: Да, у нас даже в докризисный уровень было где-то порядка 0,95 [процента], но во время кризиса у нас свыше 2,2 [процента] не поднималось.
Д.МЕДВЕДЕВ: А что с зарплатой? Есть какая-то большая коммерческая задолженность или её уже фактически никакой нет?
В.ДУДКА: Она есть. У нас есть два предприятия, Дмитрий Анатольевич, которые возбуждают эту ситуацию, – это «Тульский оружейный завод». У нас порядка 58 миллионов [задолженность]. То есть продукция изготовлена…
Д.МЕДВЕДЕВ: …но не реализована по разным причинам.
В.ДУДКА: Да. Есть ещё одно предприятие, которое также в силу того, что продукция оказалась не востребованной – «Богородицкий завод спецтехники», который изготавливает искусственные кристаллы (уникальное производство в своём роде), – сейчас проходит процедуру банкротства, на 17,8 [миллиона] у него долг.
Д.МЕДВЕДЕВ: Знаете, всегда это имеет разные причины – кто-то действительно не способен платить в силу объективных обстоятельств, кто-то таким образом свой бюджет распределил, чтобы прежде всего направить деньги на другие цели.
Хотел бы и Вас проинформировать, и всех проинформировать – я только что подписал закон об изменении статьи 145 прим Уголовного кодекса. Эта статья касается ответственности за невыплату заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных выплат. Она направлена на укрепление гарантий трудящихся, которые должны получать зарплату, и на конкретизацию отдельных положений, необходимых для применения этой нормы следственными органами. То есть, по сути, это дополнительная гарантия и дополнительный рычаг для следователей. Соответственно, все работодатели должны помнить, что они находятся под угрозой применения соответствующей нормы Уголовного кодекса. Я не имею в виду ситуацию на тех предприятиях, о которых Вы сказали. Это уже Ваша ответственность, где, что и как осуществлять. Просто все работодатели должны вести себя ответственным образом.
В.ДУДКА: То, что касается вопроса подготовки к зиме, Дмитрий Анатольевич, я доложу. У нас была проведена очень большая работа по подготовке. Нами только в этом году было построено 11 новых котельных, обслужено порядка 1100 котлов. Износ, конечно, у нас очень высокий.
Д.МЕДВЕДЕВ: Какие котельные вы сейчас ставите? Газовые?
В.ДУДКА: Да, газовые. Мы уходим от старых котельных, которые работают на мазуте, на угле. У нас практически их уже не остаётся.
Кроме того, была проведена большая работа по обслуживанию теплосетей. Мы обслуживаем только порядка 78 километров…
Д.МЕДВЕДЕВ: Сейчас с газификацией как? Я помню, мы ещё с Вами, когда я в Правительстве работал, занимались этим. Сейчас какие цифры?
В.ДУДКА: Выполняя Ваше указание, в настоящее время у нас за период с 25 сентября 2007 года, когда Вы у нас были, мы осуществили газификацию 25 тысяч квартир, проложили 1400 километров газовых сетей. Уровень газификации – 81,2 процента, по селу – 47 [процентов]. Разработана проектно-сметная документация на 915 миллионов рублей.
Д.МЕДВЕДЕВ: То есть продолжаете всё?
В.ДУДКА: Да, темп очень хороший, Дмитрий Анатольевич.
Д.МЕДВЕДЕВ: Видимо, это врезалось Вам в память, раз Вы дату помните.
В.ДУДКА: Да. Так точно.
Д.МЕДВЕДЕВ: Иногда полезно бывает. Коммуналкой нужно обязательно заниматься, потому что у нас зима – это всегда суровое испытание для коммунальных сетей. Я недавно говорил об этом, что это проблема не одной области, сети везде старые, и мы должны эту программу в качестве приоритетной реализовать, может быть, за ближайшие пять-семь лет, чтобы радикальным образом поменять общие условия работы коммунального хозяйства и инфраструктуру.